— Конечно, тебе со мной, — фыркнул он.
Я не стала отвечать. Просто мысленно представила, как душу поганца и отдаю его отцу сворованную карту. Это ведь не так сложно.
«Даже если не получится найти карту, всегда можно накопить денег на комнату и съехать», — размышляла я, сидя на полу в коридоре. «Устроюсь на работу, в конце концов».
Только вот сегодня днём, пока Юсупов куда-то уходил, я успела обзвонить несколько объявлений. Свободных комнат не было. Вообще. Одна бабка предлагала угол в комнате за те же деньги, что стоил нормальный съём, но когда я уточнила про котов, она назвала меня «сожительницей тараканов» и бросила трубку. Другое объявление вообще оказалось фейком — меня приглашали в офис за предоплатой.
Я даже позвонила в студенческий городок, хотя мама и сказала, что мест нет. Трубку взяла уставшая женщина и сразу, не дослушав, ответила: «Свободных мест нет, заявку нужно было подавать летом».
Летом, когда я ещё надеялась, что всё будет хорошо. Летом, когда я не знала, что Юсупов перечеркнёт мои планы.
Хоть мы с Юсуповым физически и находились в одной квартире, оба застряли в собственных размышлениях. Он сидел на полу на балконе, прислонившись спиной к окну и немного запрокинув голову. При этом в руках постоянно вертел какой-то брелок, словно пытался успокоиться, только никак не получалось. Кир выглядел грустным. Даже печальным. И я прекрасно понимала его — мне самой хотелось кричать и плакать от несправедливости мира. В квартире должны были жить мы с подругой! Но что-то явно пошло не по плану.
У судьбы оказалось поганое чувство юмора.
Наверное, если бы я продолжила нагло разглядывать парня, он в итоге заметил бы. К счастью, в кармане джинсовых шорт завибрировал телефон, заставив меня встрепенуться и убежать в комнату.
Мама.
— Светуль, — снова это обращение, не сулящее ничего хорошего, — в общежитии уже нет мест и не появится до зимней сессии. Я вообще едва дозвонилась до них. Представляешь?
Вполне ожидаемо. Заявление на место в общежитии нужно было подавать сразу при подаче документов в университет. Подруга надеялась жить вместе со мной, поэтому тоже осталась без койко-места и теперь искала комнату.
— Я уже знаю, — голос прозвучал глухо даже для меня. — Сама звонила.
— Звонила? — в мамином голосе мелькнуло удивление, смешанное с облегчением. — Что тебе сказали?
— То же самое. Что заявку нужно было подавать летом. — Я помолчала и добавила с досадой: — Вообще ничего нет, мам. Я обзвонила три варианта из объявлений. Всё либо занято, либо страшно, либо... ну, ты понимаешь.
— Понимаю, — тихо сказала мама.
