Моя ненависть к нему легко читалась во взгляде, она пылала в нём праведным огнём и была готова сжечь всё вокруг: квартиру, город, планету и даже вселенную.
Я ненавидела его за ту олимпиаду. За то, что он не просто сдал меня, а сделал это нарочно, с издёвкой. За то, что мои родители теперь выплачивают кредит за репетиторов, который я не оправдала. За то, что нашей семье теперь приходилось оплачивать ещё и учёбу в университете, ведь на бюджет попасть не удалось.
В моей голове это было просто: он отнял у меня будущее, а теперь ещё и квартиру, которую я нашла и уговорила хозяйку. Но он всё так же стоял тут, наглый и самоуверенный, будто пуп земли, и явно чувствовал себя хозяином.
— Я вообще-то тут живу! — повторила я, чувствуя, как внутри закипает ярость. — И не собираюсь никуда уходить из-за какого-то...
— Кирилл, кто там? — высокий звонкий голос заставил меня разорвать зрительный контакт и отступить. Проиграть битву. Пока что.
Из-за угла вышла женщина и встала рядом с парнем: высокая, стройная, в красном деловом костюме с брюками. На руке у неё висела дорогая с виду сумочка, седые волосы были заколоты в аккуратную причёску, а ладони спрятаны в кружевные перчатки. Эдакая современная леди.
— Светлана? — тонкое лицо женщины вытянулось ещё сильнее, а аккуратные брови поднялись домиком.
Мне сразу не понравилась эта уверенная интонация. Откуда она могла знать меня? Если только...
— Светлана-Светлана, — пробурчал Кир в подтверждение и сложил руки на груди. — Ма, только не говори, что мой загадочный сосед... — он пренебрежительно махнул ладонью и скривился. — Она.
За подобный тон мой брат легко бы дал «в бубен».
— Не понимаю, о чём вы говорите, но попрошу выйти из квартиры, — процедила я, выдавив из себя совсем не вежливую улыбку.
В этот момент я ощутила себя такой отважной, такой смелой, что любые проблемы казались сущей ерундой. А переменившаяся в лице мать Кирилла только усилила сладкий вкус победы.
Но ничего не бывает так просто — это я поняла, когда из-за угла появился грузный невысокий мужчина с залысиной и глазами-бусинками. Серый пиджак с отливом едва не трещал по швам, а две передние пуговицы уже молили о пощаде и были готовы оторваться в любой момент. Из переднего кармашка у него торчал уголок белого платка, который мужчина ловко достал и протёр «лебединое озеро» на макушке.
При одном взгляде на грозного Юсупова-старшего мне и самой захотелось взять платок и протереть лицо. Потому что от нахлынувшей волны страха я вспотела от кончиков волос до пяток. Мне стало так страшно, что затряслись коленки. Или во всём был виноват чёртов подъём на тринадцатый этаж?
— А вот и вы, Светлана! — хищно улыбнулся мужчина. — Мы как раз вас ждём.
— За...
