Я лежала и думала о том, что только что произошло. Юсупов не сбежал. Он полез на мужика. Защищал меня? Нет, не меня. Себя. И квартиру. Просто оказался рядом. И вообще, если бы он не поднял шум, может, мужик бы и не заметил нас. Это всё из-за него.
— Он просто испугался за себя, — прошептала я в подушку. — Не надо придумывать лишнего.
Но в голове всё равно засела картинка: он стоит между мной и тем пьяным типом. И не отступает.
— Глупости, — одёрнула себя. — Это ничего не значит. Он всё равно придурок.
Я решила не выходить больше к ночным гостям, выключила светильник и легла.
Плевать! Пусть сами разбираются.
Только сон не шёл. В воспоминаниях яркими вспышками возникали страшные образы. И хотя меня нельзя было назвать трусихой, почему-то страх не отпускал.
Странный мужик. Как он вообще сюда попал? Вломился? Неужели замок настолько ненадёжен?
Примерно через полчаса, когда я уже извела себя догадками, а тихие голоса за стеной окончательно растворились в тишине ночи, скрипнула дверь.
— Светлячок?
В любой другой ситуации я бы послала Юсупова куда подальше и запретила приближаться к двери в комнату. Объяснила на всех языках мира, что доступ запрещён. Но в тот момент его присутствие успокаивало.
И это бесило. Потому что он не должен был меня успокаивать. Он должен был раздражать, как всегда. А вместо этого...
— Не смей думать о нём хорошо, — прошептала я себе, услышав его голос. — Ты ненавидишь его. Он подставил тебя на олимпиаде и забрал бюджетное место. Он… — собравшись с силами, чуть громче прошептала в ответ: — Он ушёл?
— Все ушли, — тихо ответил Кир и, чуть помедлив, добавил: — Но у меня плохие новости.
Я взвыла.
— Разве может быть что-то хуже вора, который вломился и ощупал мои ноги?
Юсупов едва слышно рассмеялся.
— Вообще-то может. Например, тот факт, что это не совсем вор.
Я резко села в кровати, включила светильник и уставилась на Кирилла. Он был в меру серьёзен, что наталкивало на нехорошие выводы.
Нам конец.
— Что это значит?
— Это сын хозяйки квартиры, — смущённо выпалил Юсупов, будто он был виноват в том, что к нам вломились. — И у него есть ключи.
Вот чёрт. Дело плохо.
— Но мы же можем закрыться изнутри? — со слабой надеждой уточнила я.
В серых глазах мелькнула странная эмоция. Сожаление? Стыд? Разочарование? Нечто неведомое. Но по одному этому взгляду стало понятно, что закрыться мы не сможем.
— Защёлка не работает, — буркнул Кир, нервно провёл ладонью по волосам и зажмурился. — В общем, этот чел бухой, так что есть вероятность, что он вернётся.
